Давным-давно.

            Чуден Дон при тихой погоде. Редкий рыбак ещё в недалёком прошлом возвращался с его живописных и гостеприимных берегов без доброго улова. Рыбное изобилие особо касалось Нижнего Дона. Ещё двести лет тому назад русский историк Н.Карамзин в своем монументальном исследовании "История Государства Российского" отмечал такой немаловажный факт: "Имея соль, огниво, сеть или острогу, на Нижнем Дону голодать невозможно". Неумолимый ход истории и время не смогло поставить под сомнение правдивость и дальновидность данного пророчества историка. Рыбное изобилие в самые лихие и голодные времена спасало людей, населявших эти чудные места от голодной смерти. Многими миллионами спасённых жизней обязана Россия своим многочисленным морям, рекам озёрам и речушкам. Ещё столетие назад Приазовье и Дон изобиловали таким фантастическим количеством рыбы, что учебники географии того времени называли наш край "рыбным садком Европы". А пол столетия спустя его называли не иначе, как "голубой нивой страны". Ещё в наши времена сохранились очевидцы того былого изобилия водившегося в Донских и Азовских водах. Так один старый рыбак, станичник из Елизаветинской, с увлечением похвалялся мне, как они мальчишки, сразу после фашистской окупации "сапетками" (плетёнными из ивняка корзинами) из реки рыбца и шемаю вынали. И в тех же корзинах, не только мамке домой таскали, но и всем соседям перепадало. В наши дни в такие "сказки" верится с большим трудом. Но вот данные краеведа И. Бусленко, которые красноречиво свидетельствуют в правдивость и реальность подобных "сказок". 1913 году цены на рыбу в Ростове были такими: за чебака просили 2 копейки (а в июне - июле копейку или полкопейки), за десяток селёдок - копейку. Три чехони - копейка. Тарань шла по три копейки за дюжину. Белую рыбу продавали по штукам. За тысячу штук просили 3 рубля 90 копеек серебром. Пуд красной рыбы можно было сторговать за 80 копеек серебром! Возникает естественный вопрос - насколько это было сопоставимо с тогдашними заработками? Человек, занимавшийся самой неквалифицированной работой и стоящий в самом низу, так называемой общественной лестницы, как, например, босяк - грузчик в Ростовском порту, за рабочий световой день таскания мешков на расстояние не более 15 сажен имел 3 рубля 75 копеек. А "авральная - аккордная" работа оценивалась уже в 4 рубля 70 копеек. Выходит, такой молодец, мог позволить себе каждый день без особого ущерба для семейного кошелька покупать 16 кг осетрины! Тем самым, обеспечивая себя и своих близких, таким королевским, на наш сегодняшний взгляд, продуктом. Меньше всех получал мальчишка подросток на мукомольном производстве или прачка - 1 рубль 25 копеек в день. Но вместе с тем, от голода в тогдашнем Ростове никто не умирал. А сможет ли в наши дни обычный рабочий человек позволить себе такую расточительность хотя бы раз в месяц? Думаю, не позволит. В противном случае его ожидает пустой кошелёк и как следствие - неминуемые долги за коммунальные услуги, непогашенные кредиты и визит судебных приставов. Рыба в реке Дон и Азовском море в те достопамятные времена была так многочисленна и разнообразна, что местные жители считали бычка бросовой, никчемной рыбёшкой. Идущей в основном, на корм домашней живности, скоту да местным котам и кошкам. А в станицах Ольгинской и Старочеркаской ещё сейчас вспоминают времена, когда станичники топили печки "грубки" сушёной сулой. "Горело хорошо, только коптило малость",- утверждали очевидцы. По весне громадные косяки пудовых осетров заходили в озерные заливы тогда ещё полноводного Аксайского займища. С Азовского моря и дельты Дона шли проходные шемая, "пузанок", белуга, севрюга да и своей речной рыбы в Дону было вполне вдоволь: сазан, сом, рыбец, чехонь, жерех - шереспёр, щука, судак. На Ростовских базарах того времени почти не было солёной и копченой рыбы, вся рыба была только свежей и доставлялась прямо из сетей рыболов - артельщиков на прилавки рынков. А как умели готовить на Дону все это рыбное разнообразие чернобровые казачки. Они по - особому заливали свежевыловленную рыбу не уксусом, а исключительно лимонным соком. Томили, жарили, тушили, укладывали в продолговатые блюда, украсив зеленью и паштетом из раковых шеек, подавали к столу. Щука, не считавшаяся у казаков деликатесом, нашла свой спрос в среде ростовских евреев и была основой их рыбного стола. Исключительно донскими рыбными блюдами в богатых домах считались стерлядь на шампанском. Рыбец тушёный, лещ, фаршированный кашей и икрой, запеченный в духовке. Уха по - елизаветински, уха из краснопёрки по - старочеркаски, тушёный сазан или карп в белом вине. От всех этих подзабытых кулинарных яств Донского края, у сегодняшних гурманов, думаю сразу потекли бы слюнки. Сейчас на Ростовском базаре уже не встретишь ни осетра, ни белугу, редкие гости свежий лещ, судак, сазан, сом. На прилавках и цистернах рыбовозов в основном прудовая рыба карась - гибрид, толстолобик, карп да кефаль:
 

            Чуден Дон при любой погоде. Но редко какой рыбак, возвращаясь с его ещё приветливых, но уже не таких живописных берегов может похвастаться добрым уловом. Ушло в прошлое его былое речное изобилие и разнообразие. "Голубая нива" Азовского моря, "заросшая" в своё время браконьерскими сетями и подпёртая в пятидесятых годах прошлого столетия плотинами Цимлянской ГЕС, Константиновским и Николаевскими гидроузлами не получая живительную Донскую влагу в прежнем объёме, оскудела, стала медленно чахнуть и умирать.
            Коротка и быстротечна человеческая память, она не желает помнить тех добрых дел, исполненных морем, рекой, озером перед людьми, населявшими его берега. И уже внуки спасенных рекой людей, медленно убивают её берега и воды, а также водных обитателей. Тем самым, убивая себя, предавая память своих прадедов, дедов, и отцов. Они неразумные не могут понять, что точно так с ними поступят и их потомки.
Свириденко Валерий.